Главная
Новости
Статьи
Ремонт
Каркасный дом
Несущие конструкции
Металлические конструкции
Прочность дорог
Дорожные материалы
Стальные конструкции
Грунтовые основания
Опорные сооружения




31.07.2021


30.07.2021


30.07.2021


30.07.2021


30.07.2021


30.07.2021


29.07.2021





Яндекс.Метрика

Лудорвайское дело

08.02.2021

Лудорвайское дело — судебный процесс, проходивший в конце 1928 года в Ижевске, ставший известным за пределами Удмуртии. Название происходит от одного из населённых пунктов, где происходили события, — деревни Лудорвай.

Предшествующие события

26—27 июня 1928 года в деревнях Лудорвай, Юськи и Непременной Лудзе местная деревенская верхушка (т. н. «кулаки») с согласия некоторых членов сельсовета устроила массовые телесные наказания бедных односельчан. Крестьян выпороли черёмуховыми прутьями за неисправные изгороди на меже деревень. Подробности были опубликованы в газете «Ижевская правда» 11 июля 1928 года.

В удмуртских деревнях издавна существовал порядок содержания скота без пастухов. В огороженные леса, луга и паровые поля с весны выпускали скот и собирали только осенью. Поэтому община строго следила за состоянием изгородей, которые были разбиты на участки по числу хозяев. На изгородях каждый владелец ставил свой пус (родовой знак), и по нему проверяющие общинники определяли, чей участок неисправен. В этом случае община в соответствии с приговором, принятым на кенеше (совете), определяла меру наказания провинившемуся. Нередко такой мерой являлась порка прутьями. Такой обычай при всей своей жестокости относился к обычному праву и не вызывал особого сопротивления и жалоб. Поэтому фактически произошедшее являлось проявлением обычного права, существовавшего в удмуртских деревнях с давних времён. Но дело было оценено партийными и государственными органами страны как якобы демонстрация противодействия кулачества против социалистических преобразований в деревне.

ЦК ВКП(б) обязал парторганизации Удмуртии развернуть решительную борьбу с кулачеством и в то же время содействовать коллективизации крестьянских хозяйств. Возникший общественный резонанс привёл к возбуждению уголовного дела.

Событие в Лудорвае, а также неудачи в проведении хлебозаготовок, самообложения, налоговой и посевной кампаний послужили поводом для проверки ЦК ВКП(б) деятельности удмуртской партийной организации. В октябре 1928 года в Удмуртии работала специальная комиссия ЦК ВКП(б). Заслушав отчёт ответственного секретаря Вотского обкома ВКП(б) В. Г. Егорова, ЦК ВКП(б) 22 октября того же года принял Постановление о работе Вотской парторганизации, требуя усилить борьбу с кулачеством. Таким образом, события в Лудорвае попали под контроль центральных органов, которые настаивали на действенных мерах со стороны удмуртской парторганизации.

Областной комитет ВКП(б) поручил облисполкому разобраться в произошедшем. Областные руководители посчитали, что причинами Лудорвайского дела стали затяжки с переделом земли, с выделением желающих, судебная волокита при рассмотрении жалоб крестьян на потравы, перегибы в самообложении. Однако объективная оценка ситуации партийными органами не производилась. Дело получило классовую оценку как террор кулачества по отношению к бедноте и середнякам, выступавшим за коллективизацию и передел земли.

Судебный процесс

Дело было поручено судебному следователю по важнейшим делам при Прокуратуре РСФСР М. С. Эльмановичу. Он обратился за разъяснениями к учёному М. И. Ильину, который 4 августа написал: «Самосуды при царизме происходили более всего летом на полях, во время осмотра прясел или потравы хлебов скотиной из-за плохих прясел». Но это заключение удмуртского учёного на суде не фигурировало.

Следствие продолжалось более двух месяцев. 9 декабря 1928 года газета «Ижевская правда» опубликовала обвинительное заключение по делу.

18 декабря 1928 года в Вотском областном суде началось обвинение 10 крестьян из деревень Лудорвай, Лудзя и Юськи на основании статьи 58/8, 109 и 110 УК РСФСР («совершение террористических актов, направленных против представителей советской власти…»).

Были вызваны 95 свидетелей, а также общественные обвинители из удмуртов и обвинители из Москвы. В ходе следствия и суда порка крестьян была квалифицирована не как бытовое явление, а как политический подрыв. Прокурор требовал сурового наказания — от сроков лишения свободы до 10 лет и до высшей меры наказания.

По решению суда было осуждено 10 крестьян на сроки лишения свободы от 3 до 10 лет исправительных работ с конфискацией имущества. Пятеро из них — по статье 58/8. Дмитрий Французов и Матвей Ермолаев были осуждены на 6 и 10 лет соответственно. В 1930 году ещё 6 крестьян были подвергнуты репрессиям. Все они были высланы за пределы Удмуртской автономной области.

Последствия

Лудорвайское дело, получившее большой общественный резонанс, положило начало «антикулацкой» политике. Вслед за показательным процессом над его участниками в Ижевске подобные процессы прошли в других районах Удмуртии. Три показательных суда над кулаками состоялись в Шаркане. В Понинской волости Глазовского уезда были арестованы за выступление против передела земли 4 кулака, в Тыловайской Дебёсского уезда — 5 кулаков, в Советской — 7. В Глазовской волости были осуждены 5 человек за избиение бедноты, в Сосновской волости — 2 человека, в Бурановской — 3.