Главная
Новости
Статьи
Ремонт
Каркасный дом
Несущие конструкции
Металлические конструкции
Прочность дорог
Дорожные материалы
Стальные конструкции
Грунтовые основания
Опорные сооружения




13.06.2021


12.06.2021


12.06.2021


10.06.2021


09.06.2021


09.06.2021


09.06.2021





Яндекс.Метрика

Обвинение жертвы

21.05.2021

Обвинение жертвы (виктимблейминг) (англ. Victim blaming) — явление, когда на жертву преступления, несчастного случая или любого вида насилия возлагается полная или частичная ответственность за совершённое в отношении неё нарушение или произошедшее несчастье. Как правило, обвинение жертвы принимает форму расистских, сексистских и классистских утверждений. Однако эта позиция может существовать и независимо от таких видов нетерпимости, а в некоторых странах даже носит по меньшей мере полуофициальный характер. С точки зрения социальной психологии, обвинение жертвы — это последствие веры в справедливый мир.

В рамках виктимологии обвинение жертвы является методологической предпосылкой позитивистского подхода, принятого в том числе в постсоветской виктимологии. В зарубежной виктимологии этому подходу противостоит подход, основанный на защите жертвы.

Психология обвинения жертвы

С точки зрения социальной психологии, обвинение жертвы основано на так называемой вере в справедливый мир. Вера в справедливый мир — это когнитивное искажение, при котором человек верит в то, что любое действие вызывает закономерные и предсказуемые последствия. Для такого человека невыносима мысль о том, что несчастье может произойти с кем-либо совершенно случайно. Как показал первооткрыватель феномена веры в справедливый мир Мелвин Лернер, чтобы избежать признания ошибочности своих представлений о справедливом устройстве мира, люди реинтерпретируют несправедливое событие, связывая его с поведением или свойствами жертвы, и тем самым одновременно обвиняют и принижают её.

Нежелание идентифицировать себя с жертвой, с теми, кто действительно страдает, и восхищение тем, кто одерживает верх и производит впечатление победителя, также лежит в основе суждения виновности жертвы.

Повторная виктимизация

Повторная виктимизация — это ретравматизация жертвы сексуального или иного насилия, выражающаяся в реакции отдельных людей или институтов. Обвинение жертвы является одной из форм повторной виктимизации. Другие возможные её формы — это, в частности, неуместное поведение окружающих после насилия, некорректные высказывания медицинских работников или других людей, с которыми контактирует жертва.

В культурах с жёсткими обычаями и табу по отношению к сексу и сексуальности жертвы изнасилований особенно сильно стигматизируются. Например, общество может рассматривать жертву изнасилования (особенно если до этого она была девственницей) как «испорченную». В таких культурах повторная виктимизация может принимать формы общественного отвержения, изоляции или даже институционального наказания жертвы, например, запрета на брак, принудительного развода (в случае, если жертва уже состояла в браке) или убийства.

История понятия

Термин «обвинение жертвы» (victim blaming) впервые использовал Уильям Райан в одноимённой книге (Blaming the Victim), опубликованной в 1971 году. Райан описывает обвинение жертвы как идеологию, применяемую для оправдания расизма и социальной несправедливости в отношении чернокожего населения США. Книга была написана в качестве реакции на книгу Патрика Мойнигана «Негритянская семья: за вмешательство государства» (The Negro Family: The Case for National Action), вышедшую в 1965 году и известную в США как «отчёт Мойнигана» (the Moynihan Report).

Мойниган считал непосредственной причиной тяжёлого положения афроамериканцев семейную структуру с преимущественно или постоянно отсутствующим отцом и матерью, которая зависит от государственной поддержки в обеспечении детей питанием, одеждой и медицинской помощью. По мнению Мойнигана, чтобы изменить ситуацию, требовались государственные меры по укреплению нуклеарной семьи среди чернокожего населения. По мнению Райана, теории Мойнигана были попытками преуменьшить роль социально-структурных факторов в существовании бедности и возложить ответственность на самих бедных, их поведение и культурные паттерны. Книгу Райана называют «сокрушительной критикой ментальности, обвиняющей бедных в их бедности, а слабых — в их слабости».

Хотя именно Райан популяризировал термин «обвинение жертвы», само явление хорошо известно в человеческой психологии и истории. В частности, множество примеров обвинения жертвы можно найти в Ветхом Завете, где трагедии и катастрофы оправдываются предшествующим поведением и грехами жертв.

В 1947 году Теодор Адорно описал явление, которое позже было названо обвинением жертвы, как «одно из самых пагубных свойств фашистского характера». Немногим позже Адорно и его коллеги по исследовательской группе Беркли разработали свою знаменитую F-шкалу (где F означает «фашизм»), которая включала среди прочих фашистских черт «презрение ко всему дискриминируемому или слабому». После Адорно некоторые другие авторы также относили обвинение жертвы к типичным фашистским чертам.

Обвинение жертвы, феминизм и виктимология

Интенцию защиты преступника и возложения частичной ответственности за преступление на его жертву можно обнаружить уже в первых работах по интеракционистской, или позитивистской виктимологии, например, в классической работе Б. Мендельсона «Новая ветвь био-психо-социальной науки: виктимология» (1956). Наиболее последовательную критику применения виктимологических понятий для обвинения жертвы высказывали феминистские исследователи — в первую очередь, в отношении жертв гендерного насилия.

В 1971 году виктимолог-позитивист Менахем Амир опубликовал своё исследование об изнасилованиях «Паттерны в изнасилованиях с применением физической силы» (Patterns in Forcible Rape), в котором выдвинул понятие «изнасилования, спровоцированного жертвой» (victim-precipitated rape). Согласно определению Амира, «провокацию» можно обнаружить в случаях, когда жертва, с точки зрения насильника, дала неявное согласие на секс или позволила поместить себя в опасную или уязвимую ситуацию. В частности, исследователь предложил относить к «провокациям» употребление алкоголя, согласие сесть в машину незнакомого мужчины, согласие на ту или иную форму сексуального взаимодействия, а также недостаточно решительное сопротивление насильнику. Амир заключил, что «так или иначе, жертва всегда является причиной преступления».

С критикой работы Амира с феминистских позиций выступила Памела Лейкс Вуд. В статье, опубликованной в American Criminal Law Review, она отмечает, что единственная возможность для женщины-жертвы избежать обвинений — это жить в постоянном страхе, что каждый мужчина может оказаться насильником. Схожие возражения были высказаны Куртом Вайсом и Сандрой Борхес, заявившими, что из предложенной Амиром концепции изнасилования в действительности следует, что «единственный нужный ингредиент для изнасилования, спровоцированного жертвой, — это воображение насильника».

Как отмечает криминолог и президент Всемирного виктимологического общества Ян ван Дейк, обобщая работы феминистских исследователей, представление о том, что жертвы домашнего и сексуального насилия «провоцируют» мужчин на совершение насилия, то есть, фактически, заслуживают своей виктимизации, принадлежит к патриархальному менталитету, который в действительности и лежит в основе таких преступлений. Обсуждение роли жертвы в совершённом в отношении неё насилии отвлекает внимание от структурных причин насилия над женщинами. Дискуссии о проблеме обвинения жертвы помогли специалистам по гендерным исследованиям повысить чувствительность виктимологов к неравному распределению власти в целом и гендерному неравенству в частности.